Собака.ru выпустила материал, посвященный заявлению главы Минобрнауки Валерия Фалькова о том, что система образования, которая существует сейчас, мотивирует практически всех выпускников школ стремиться в вузы, и что в России нет необходимости в тотальном высшем образовании. Действительно ли это так? Среди комментаторов по теме — социолог образования, доцент Школы вычислительных социальных наук по направлению «Социология» Ксения Тенишева и доцент Школы по направлению «Экономика» Юлия Раскина.
- Приводим комментарий Ксении:
— Правда ли, в России «практически любой выпускник школы» хочет поступать в вуз? Я бы сказала, что сегодня это очевидно не так. До некоторой степени это было правдой года до 2018-го, но не сейчас.
Действительно, в 1980–1990-е годы в разных странах произошла массовизация высшего образования. Университетский диплом из довольно труднодоступного блага превратился практически в норму. В итоге он стал необходим для того, чтобы устроиться чуть ли не кассиром в продуктовый магазин.
Это в свою очередь приводило к появлению массы потусторонних вузов, которые можно было успешно закончить, даже ни разу не появившись на занятиях, и продаже дипломов буквально в переходах.
При этом образовательное неравенство никуда не ушло. Во многих компаниях само по себе обучение в вузе уже не котируется — нужен диплом определенной программы в определенном университете: компьютерная лингвистика в «Вышке», восточные языки в МГУ, гражданское право в СПбГУ.
Однако с конца 2010-х мы видим два одновременных процесса — повышение престижа среднего профессионального образования и некоторое разочарование в образовании высшем. В колледжи идет все больше детей, там открывается набор на модные специальности: программирование, промышленный дизайн, робототехника. Более того, появляются платные сузы, обучение в которых стоит примерно столько же, сколько и в вузах, и туда идут учиться!
Почему при этом министр говорит о том, что система все еще мотивирует детей идти в вузы? Вероятно, мы просто не знаем, какая цель здесь стоит у его ведомства. Возможно, с точки зрения министерства, необходимо, чтобы в вузы шло меньше половины выпускников школ (до этого нам еще далеко); может быть, — меньше трети, может быть, — четверть.
- А так ситуацию с точки зрения экономики комментирует Юлия Раскина:
— Тезис «в России слишком много людей с высшим образованием» слишком грубо описывает ситуацию. Страна вполне может одновременно иметь дефицит квалифицированных рабочих, врачей и IT-специалистов; избыток слабых университетских дипломов; и недоиспользование выпускников вузов.
Это не противоречие, а проблема несоответствия между системой образования и рынком труда. И шире — проблема качества самой экономики: ее способности создавать рабочие места, где сложные навыки действительно используются.
Это хорошо видно на примере экономистов. Да простят меня коллеги, но под словом «экономист» часто понимают все подряд, включая человека, который составляет сметы (для чего университетский диплом явно не обязателен).
Экономист с сильным университетским образованием — это совсем другой специалист. Он умеет работать с моделями и данными, строить причинные аргументы, понимает макроэкономику, финансы, рынки и институты, умеет оценивать последствия решений и строить обоснованные прогнозы. Но если решения в компаниях и госуправлении принимаются без серьезного анализа данных, без оценки последствий принятых решений и без исследований, то даже хорошо подготовленный экономист может оказаться недоиспользованным. Проблема тогда не в том, что таких специалистов «слишком много», а в том, что не везде есть спрос на качественную аналитику.
Из разговора о дисбалансе нельзя автоматически делать вывод, что высшее образование «лишнее». Но его нельзя оценивать только как подготовку под сегодняшнюю вакансию. Хорошее высшее образование дает человеку фундамент для переобучения и адаптации к технологическим изменениям. Оно учит работать со сложной информацией, задавать вопросы, проверять аргументы, осваивать новые инструменты.
Наконец, у хорошего образования есть эффекты, которые могут быть не видны в зарплате, но важны для человека и общества: например, исследования связывают образование с лучшим здоровьем и большей продолжительностью жизни. Поэтому рамка «рынку труда сейчас не нужно — значит, обществу не нужно» слишком узкая.
Среднее профессиональное образование может быть сильной и нужной траекторией: оно дает более быстрый вход на рынок труда, прикладные навыки и связь с производством. Но это работает, только если оно качественное, связано с работодателями и не становится тупиковой веткой для детей из менее обеспеченных семей. Важно, чтобы у выпускника было качественное рабочее место, а также возможность продолжить образование, повысить квалификацию, в том числе, если нужно, поступить в вуз.
Поэтому «балансировка» системы образования должна означать не механическое сокращение высшего образования, а более тонкую настройку — сильные колледжи, сильные вузы, нормальную профориентацию, гибкие переходы между образовательными траекториями и рабочие места, где человеческий капитал действительно используется.
Оригинал материала и комментарии остальных экспертов
Изображение: magnific